Революционное искусство — на службу социалистической реконструкции Средней Азии

 

Новая публикация в рубрике Исторический архив посвящена советской культурной политике. Статья из журнала «Рабис» 1932 года представляет собой подробный отчет о советском культурном строительстве в Средней Азии. «Рабис» — журнал Всесоюзного профсоюза работников искусств (РАБИС) (издавался в 1927-1934 г.г.), и поэтому статья, подробно рассматривающая культурное строительство в регионе, — не торжественный и официозный отчет о достижениях, а критический анализ, в котором особое внимание уделяется социально-экономическому обеспечению работников искусств.

 

«Рабис». № 35-36, 1932 г. Орган ЦК РАБИС. Стр. 14-17.

 

СМОТРЕТЬ ИЛИ СКАЧАТЬ PDF СТАТЬИ

 

Революционное искусство – на службу социалистической реконструкции Средней Азии

 

ЗА РОСТОМ ЭКОНОМИЧЕСКИМ — РОСТ КУЛЬТУРНЫЙ

 

Растут наши среднеазиатские республики — Узбекистан, Туркменистан и 7-я советская — Таджикистан. Ликвидировано феодально-помещичье землевладение. Почти все хлопководство коллективизировано. Превзойдены задания основной пятилетки по сельскому хозяйству. Быстрыми темпами идет индустриализация республик. Каменный уголь, нефть, железо в Узбекистане, сера, глауберова соль в Туркмении открывают для этого колоссальные возможности. Новый великий стальной путь между Сибирью и Средней Азией — Турксиб — обеспечивает трем республикам снабжение сибирским хлебом.

За экономическими победами следует мощный рост культурного строительства. Узбекистан насчитывает сотни тысяч учащихся. Сходят на-нет мусульманские школы — медрессе, где вдалбливалась богословская «мудрость». Помещения, ранее занимавшиеся медрессе, находят лучшее применение, используются иногда и под… кинотеатры. В прежней мечети сейчас помещается кинофабрика. Искусство отражает героику борьбы и пафос нового строительства. Оно служит делу разрушения «вековых устоев» старины, росту буйных побегов новой жизни. Оно зовет женщину-узбечку освободиться от рабского положения, сбросить «паранджу», под которой она задыхается уже много столетий.

Женщины-узбечки приходят в советский, революционный театр, приходят с детьми, часто тайком от своих мужей. Многие являются еще в парандже и с закрытыми лицами слушают со сцены призывы о своем раскрепощении.

Нам пришлось наблюдать любопытное явление в Ташкентском узбекском драмтеатре. Молодая узбечка явилась в театр с товаркой — русской комсомолкой. Узбечка была в парандже. Она не решалась и не решилась бы ее снять. Но вот действие на сцене развивается. Волнение актеров передается зрителям. И узбечка чисто-механически освобождает лицо от паранджи, чтобы легче дышать, лучше видеть происходящее на сцене. И уже домой — уговорила товарка-комсомолка — в трамвае она едет с открытым лицом, без паранджи.

В Ташкенте имеется русский оперный театр, Узбекская музкомедия и Узбекский драматический театр. На очереди организация Узбекского театра сатиры. Хороший драматический театр имеется в Ашхабаде, столице Туркменистана, с хорошим актерским составом. Там же имеется прекрасно оборудованный летний театр, но… в нем во всей своей неприкосновенности царит еще венская оперетка.

Правительства республик, в частности Узбекской, в полной мере оценивают значение искусства в деле борьбы за социалистическую реконструкцию советской Средней Азии, за культурный рост населения, за освобождение его от наследия прошлого, когда Средняя Азия была колонией российского самодержавия с характерным для него подавлением национальной культуры коренного населения. Госбюджет зрелищных предприятий в одной только Узбекской ССР достиг в 1932 г. двух миллионов трехсот тысяч. Растет сеть театров, цирков, кино. В Узбекской республике действуют пятнадцать зрелищных площадок, из них семь в Ташкенте. Бурно растут кадры работников искусств. В 1925 г. в Узбекской ССР их было 750 человек, теперь — 2.400, в Туркмении — 200 и 700, в Таджикистане — 150 и 500, за семь лет увеличение больше чем в три раза.

 

ОБОРОТНАЯ СТОРОНА МЕДАЛИ — «РУКОВОДСТВА ГЛАВИСКУССТВА НЕ ОЩУЩАЕТСЯ».

 

Такова лицевая сторона медали, но имеется и оборотная. И прежде всего встает вопрос о руководстве, об организационно-художественном руководстве работой театра, кино, эстрады, изобразительных искусств, музыки, радио. Руководства Главискусства не чувствуется — вот вывод бригады ЦК нашего союза, обследовавшей недавно состояние всех участков художественного производства. Отсутствует плановость и система в работе художественных предприятий. Отсюда те огромные ложки дегтя, которые кладут темные пятна на большое, яркое, политически важное дело художественной работы наших национальных республик.

 

БЕСПРИЮТНЫЕ ТЕАТРЫ.

 

Начнем с театров. Прежде всего они не обеспечены помещениями для своей работы. В ташкентском театре имени Свердлова — одной из самых больших зрелищных площадок – работают и Русский оперный театр и Узбекский музыкально-оперный театр (музкомедия); последний только шесть раз в месяц, а остальные дни работает по клубам. Помещение это когда-то было построено для цирка. И действительно для работы оперы оно мало пригодно. Акустические условия плохи. Специальные репетиционные помещения отсутствуют. В единственном фойе смешение языков, вавилонское столпотворение. Репетируют здесь и хор, и солисты, и балет. Тут же устраиваются и художники-декораторы. И в этом же помещении приходится репетировать Узбекской музкомедии.

Узбекский драматический театр «Хамза» имеет компаньоном на помещение Передвижной узбекский рабочий театр. Другие национальные театры принуждены работать только на клубных площадках.

Так остро стоит в Ташкенте вопрос с помещениями для театральной работы. Казалось бы, те, кого это касается, и прежде всего Главискусство, должны были бы «нажимать», где следует, настаивать на отпуске средств для нового помещения, форсировать его строительство. Наши профорганизации должны были бы мобилизовать профсоюзную общественность вокруг этого дела.

Но в том-то и соль, что «нажимать» не нужно. Совнарком разрешил вопрос о постройке нового театра, театральное совещание при Совнаркоме еще в мае предложило Наркомпросу провести конкурс на проект здания, составить смету, подыскать подходящий участок. Мало того, 300 тыс. руб. уже отпущены на эти подготовительные работы. Но деньги эти лежат без движения в Наркомпросе и без движения лежит все дело.

Да! «Руководства Главискусства в театре не чувствуется».

 

БУДЕМ БОРОТЬСЯ: ЗА РОСТ НАЦИОНАЛЬНОГО ИСКУССТВА УЗБЕКИСТАНА, ТУРКМЕНИСТАНА, ТАДЖИКИСТАНА!
ЗА КРЕПКОЕ ОРГАНИЗАЦИОННО-ХУДОЖЕСТВЕННОЕ РУКОВОДСТВО ИХ ТЕАТРАМИ, ЦИРКАМИ, ЭСТРАДОЙ!
ЗА ЧЕТКУЮ РЕАЛИЗАЦИЮ ПОСТАНОВЛЕНИЯ ЦК ВКП (б) ОТ 23 АПРЕЛЯ В МУЗЫКЕ И ИЗО.
ТЕАТРЫ МОСКВЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ШЕФАМИ ТЕАТРОВ ТАШКЕНТА, АШХАБАДА, СТАЛИНАБАДА.

 

БЕЗ СИСТЕМЫ И ПЛАНА

 

Немудрено, что в таких условиях, при отсутствии единого планирующего органа в виде республиканского управления зрелищными предприятиями, имеют место срывы промфинпланов отдельных зрелищных площадок, протаскивается идеологически вредный репертуар, — ведь почти во всех театрах, за исключением театра имени Свердлова, отсутствуют худполитсоветы (вспомним, кстати, венскую оперетку в Ашхабаде), идет бесплановое, бессистемное создание новых зрелищных единиц, для которых потом не находят кадров. Коканд, например, имеет четыре театра, и в каждом из них нехватает ведущих актеров.

 

ПОЧЕМУ В ТАШКЕНТСКОЙ ОПЕРЕ НЕТ МЕЦЦО-СОПРАНО.

 

В связи с нехваткой кадров, особенно в национальных театрах, отсутствием планового их распределения идет переманивание работников одним предприятием у других, вздуваются ставки с полным забвением каких-либо тарифов.
В Ташкентской опере открытие сезона задержалось из-за позднего сформирования артистического состава. До сих пор там нет ответственного меццо и драматического сопрано, и репертуар приходится устанавливать в зависимости от имеющихся налицо солистов.

 

Таджикская агитбригада исполняет танец «Хлопок»

 

Такая обстановка создает рваческие и «летунские» настроения, которым нет достаточного противодействия со стороны профсоюзных организаций.

Кстати сказать, отсутствующее в Ташкенте меццо-сопрано должно было бы быть. С меццо-сопрано Пантелеевой был заключен договор, но, по неисповедимым путям судьбы, вместо того, чтобы петь в Ташкенте, она поет сейчас в Харьковской опере. Харьковская опера непреодолимо привлекла к себе и заведующего художественной частью Гречнева, которому тоже не помешал столь ничтожный документ, как заключенный с ним договор.

«Улетают» хористы, музыканты из театра уходят играть… в рестораны, может быть, потому, что их там лучше кормят.

А кормятся работники искусства прескверно.

И неудивительно. До сих пор работники не имеют своих распределителей. Ни на одном предприятии Узбекистана не подумали о животноводческих хозяйствах, не выделены специальные секторы снабжения. Соответствующие директивы мирно покоятся под сукном.

Не лучше и с жилищами. Приехавшие на сезон артисты театра зачастую не имеют где жить. Таковы дела театральные.

А как с цирком, эстрадой, кино, музыкой, радио, изобразительным искусством?

 

«НИКТО НЕОБ’ЯТНОГО ОБ’ЯТЬ НЕ МОЖЕТ».

 

Цирк и эстрада в Узбекистане ведаются Управлением госцирками, которое, в свою очередь, ведается Наркомпросом. Управление госцирками хочет «об’ять необ’ятное». Оно занимается всеми видами зрелищ: и драмой, и опереттой, и чем хотите. Оно множит свои предприятия, не имея для них работников. Оно создает ажиотаж на рынке труда, вздувает ставки, назначает некоторым работникам многотысячные оклады, а другим не платит по исполнительным листам зарплату, как это сделал директор ташкентского цирка и эстрадного об’единения Гончаров, отказывающий «духовикам» в оплате амортизации за пользование инструментами. И в результате цирк и эстрада дают самую высокопробную… «халтуру». Да и трудно найти хороших исполнителей (за исключением нескольких «звезд», которым платятся огромные суммы), если ташкентский цирк не имеет общежития и многим циркачам приходится — буквально!! — жить в цирковых конюшнях…

 

КИНОФИЛЬМЫ МИРНО ПОКОЯТСЯ НА СКЛАДЕ.

 

Кинофабрика Узбекистана помещается в бывшей мечети, и имеет один небольшой павильон, где с трудом работает с’емочная группа. Фабрика не имеет своего транспорта и переплачивает за наемный большие деньги.

Киносеть Узбеккино числит 28 стационарных театров и 116 передвижек, но 68 из 116 бездействуют: нет запасных частей, Москва их не присылает. На складах управления мирно покоятся фильмы стоимостью больше миллиона рублей.

 

ОРГАНИЗАЦИЯ СОВЕТСКИХ ХУДОЖНИКОВ ПОД ВОПРОСОМ.

 

Художники и музыканты предоставлены самим себе. Постановление ЦК партии от 23 апреля не проводится в жизнь. Вопрос об организации союза советских художников остается вопросом. Не делается ничего для кооперирования художественного труда.

 

УНИЧТОЖИМ «УЗУН-КУЛАК».

 

В радиовещании господствует халтура, — откровенно признала 1-я республиканская конференция рабис. А какое исключительное значение имеет радио в условиях Средней Азии с ее бездорожьем, слабой связью между районами, где еще не изжит знаменитый «узун-кулак» — «летучая почта» обывательских слухов.

 

ПОИСТИНЕ «САМОДЕЯТЕЛЬНОЕ» ИСКУССТВО.

 

Что касается самодеятельного искусства, то оно по истине является самодеятельным, ибо предоставлено самому себе, без политического и художественного руководства. И в самодеятельных кружках еще живы аполитические тенденции, еще проявляются, с одной стороны, великодержавные, а с другой стороны, местные националистические, шовинистические настроения.

 

«НЕПРЕОДОЛИМЫЕ» ПРИЧИНЫ.

 

В чем же дело? — спросите вы у хозяйственников.

Где причины? — обратитесь вы с вопросом к профсоюзнику.

Нет кадров, проникновенно и убедительно ответит хозяйственник.

Никто их не готовит, а наличные «улетают».

— Нет кадров, — уныло повторит профсоюзник.

 

«ИВАН КИВАЕТ НА ПЕТРА».

 

Но хозяйственники жалуются (и жалуются справедливо!), что профсоюзники не помогают им мерами профсоюзного воздействия в борьбе с летунами и рвачами.

Но профсоюзники жалуются (и опять-таки справедливо), что хозяйственники всячески противятся направлению на учебу молодняка, работающего на предприятиях и не имеющего специальной подготовки.

Но и те и другие не развернули дела вербовки учащихся: в Узбекской музыкально-театральный техникум, достаточно обеспеченный средствами, к началу учебного года было подано всего пять заявлений, а по всем художественным учебным заведениям количество представленных заявлений покрывает всего лишь четверть имеющихся вакансий.

Но ни хозяйственники ни профсоюзники не борются должным образом за улучшение материально-бытовых условий работников.

Но ни Главискусство Узбекистана, ни ЦП рабис не заботятся о подготовке кадров изобразительных искусств: до сих пор нет специального техникума по ИЗО. А между тем, по наметке 2-й Пятилетки Узбекистана, потребуется 9 тыс. художников, в наличии же их имеется… 60.

 

О КУЛЬТМАССОВОЙ РАБОТЕ ЗАБЫЛИ.

 

Впрочем профорганизациям рабис мы найдем «оправдание», выдав им «свидетельство о бедности». Каких результатов могли они ожидать, когда один из важнейших участков — культмассовая их работа — выпал из орбиты внимания узбекского ЦП. Нет на предприятиях ни кружков, ни руководителей, ни на одном предприятии не ведется марксистско-ленинская учеба. Кино, Музо, ИЗО, самодеятельное искусство совсем не охвачены профсоюзной работой — нет в ЦП специальной секции кино, руководителей ИЗО и Музо групп. И вот результаты, например, в Ташкентском оперном театре: красного уголка там нет, газеты и журналы не выписываются, литкружок не работает, стенгазета не выходит.

Важнейшие кампании профорганизациями проводятся или с запозданием (колдоговорная), или совсем не проводятся. В сентябре в Узбекистане проходила республиканская ярмарка, привлекшая огромные массы колхозников и единоличников Узбекистана. Но напрасно стали бы вы искать на ярмарке какие-нибудь зрелища: об этом никто не позаботился.

 

НИКТО НЕ ВИНОВАТ.

 

Можно ли, впрочем, всегда обвинять наши профорганизации в недостаточном воздействии в необходимых случаях на хозяйственников?

Конечно, нет.

Как, например, быть в таком случае (а такой случай был на одном зрелищном предприятии), когда одно и то же лицо является одновременно и директором предприятия и председателем месткома. Этот человек поистине мог воскликнуть почти как Фауст:

«Ах, две души живут в моей груди»!

Кто в кого должен бросить камень за слабую профсоюзную работу на кино-фабрике, если там в течение трех месяцев совсем не работал фабком (и как-раз во время колдоговорной кампании)? Совершенно естественно, что колдоговор на этой фабрике был заключен лишь в июне.

 

ЧТО РЕШИЛ ЦК?

 

Все эти и еще некоторые другие вопросы прошли недавно перед президиумом ЦК нашего союза. ЦК признал необходимым реорганизовать аппараты Узбекского, Туркменского и Таджикского рабис, укрепить их квалифицированными руководящими работниками, выдвинуть вопрос о создании Среднеазиатского бюро работников искусств. Он дал также ряд указаний но конкретным вопросам работы.

Учитывая необходимость создания единых хозяйственно-планирующих и регулирующих органов, ЦК предложил ЦП Узбекистана, Туркестана и Таджикистана добиться перед Наркомпросами организации республиканских трестов зрелищных предприятий.

 

МОСКВА ДОЛЖНА ВЗЯТЬ ШЕФСТВО НАД СРЕДНЕАЗИАТСКИМИ ТЕАТРАМИ.

 

В Советском союзе отказались от экзотического подхода к «таинственной» Азии. Мы знаем, что новый, советский Восток рождается в революционной грозе и буре. Мы знаем, какая огромная роль в этом перерождении принадлежит подлинному революционному искусству. Мы должны помочь национальному искусству советской Средней Азии достичь быстрейшего расцвета. И один из путей уже указан ЦК: Мособлрабис вместе с важнейшими теапредприятиями Москвы должен организовать дело шефства над театрами Узбекистана, Туркменистана и Таджикистана.

И.Г.

 

Орфография и пунктуация источника сохранены