Природная работа как природное счастье и природное предназначение. Аудио-пьеса

 

Природная работа как природное счастье и природное предназначение. Аудио-пьеса

 

Оксана Шаталова

 

Я уже давно сняла видео о женском домашнем труде: брала интервью у работниц, выясняя их собственное отношение к домашней работе. Также брала интервью у женщин, профессионально занятых в сфере репродуктивного труда – нянь, уборщиц, медсестер.

По поводу композиции видео изначальные планы были таковы: записать нечто вроде аудио-пьесы на три голоса, которые перемежать документальными видео-вставками. Но в итоге поняла, что текст получится излишне перегруженным, и отказалась от идеи аудио-пьесы, ограничившись только интервью.

От первоначальной идеи остался данный текст и заготовки-картинки для уже почти-снятой анимации (тут приведены некоторые).

Это не статья, а, так сказать, художественное эссе – и здесь оно порядочно сокращенное.

 

Видео:

 

 

Природная работа как природное счастье и природное предназначение

 

Аудио-пьеса

 

Голос 1 – «циничный»
Голос 2 – «марксистский»
Голос 3 – «феминистский»

 

«Женщина является половой и трудовой подругой мужчины»
Геббельс

 

Голос 1

Батька Геббельс нам завещал: «Женщина является трудовой и половой подругой мужчины».

«Половая подруга» – это видимое, гипер-видимое, в багете, в рамке, мясо, Даная, Маруся, мать-земля, живет моя отрада, лебедь белая, тварь-убью.

«Трудовая подруга» — это невидимое, гипер-невидимое, добби, сила трения, шуршит по хозяйству – шуршать может что-то сухое, – сила тока, баба с возу, три кА, шторы, москва-слезам-не-верит, тварь-убью.

 

 

Батька нам завещал: у женщины есть предназначение, как у любой машины. Это средство производства удовольствия и рабочей силы. Это машина половая. Это машина трудовая, комбайн и пылесборник. Она приходит с работы и принимается шуршать, как палая листва, как мятая бумага. С одной стороны – она должна, с другой стороны – это еесуть, предназначение. Она биологически предназначена мыть пол, понимаете, у нее манипулятор под кожей вместо швабры и ершик для чистки унитаза. И, наконец, с третьей стороны – это ей нравится!

Получается Треугольник Щастья.

 

Голос 2

В экономических науках домашний труд именуется репродуктивным, – это труд по воспроизводству условий жизни – стирка, уборка, готовка.

Самое интересное то, что деятельность эту нельзя назвать отчужденной. Общественнаязанятость работницы – диспетчерки, крановщицы, сварщицы – концентрирует классические черты отчуждения. Возвращаясь с работы, она вновь принимается за труд, начиная рабочий день после рабочего дня. Но труд на рабочем месте и труд дома для самой работницы разнится принципиально. Домашняя работа – своя, родная. Дома – свои стены, свои дети, своя картошка, своя пыль. Работа совершается не для эксплуататора, но для семьи.

Однако это и не освобожденный труд, у Маркса называемый «не средство, но первая потребность жизни». Репродуктивный труд есть гиперболизированное средство. Его мотив – не свободный выбор, но необходимость. Как и отчужденный труд, он имеет хозяина, называемого «Большим Другим», «мудростью веков» или «любовью». Репродуктивный труд обычно противопоставляется либо продуктивному, либотворческому. Последний и есть неотчужденная активность пар экселанс. Творческий труд, функция и привилегия креатора, созидает и преобразует мир. Репродуктивный труд поддерживает созданное.

Что же это такое? Проясняет дело фраза одной женщины-работницы. «Это наша природная работа», — объяснила она. Природная работа. Эта фраза назначает репродуктивному труду вполне ясное место в трудовой топологии…

 

Голос 3

Никто никогда не призывал мужей и сыновей разделить с женщинами домашний труд. Даже большевики не призывали. Они ждали кухонной НТР. Они ждали, когда стиральные машинки научатся гладить и печь пироги. Большевики знали – призывать бесполезно, гендерные клейма въелись крепко, лозунгами тут не обойдешься, нужно менять мир.

Но в итоге обошлись лозунгами.

Рабочие мужчины говорят: «Надо кормить семью». Рабочие женщины говорят иначе: «Надо поднимать детей». Женщина кормить семью не может, у нее нет полномочий и компетенции, чтобы сразу всю семью. Сразу всю семью способен только муж.

Концентрические круги иерархо-любви, прямо по анекдоту: мужчины любят женщин, женщины любят детей, дети любят хомячков, а хомячки никого не любят.

 

Голос 2

Отношение общества к «природному труду» женщин конгруэнтно отношению к собственноприродному труду — труду животных.

«Животное… тождественно со своей жизнедеятельностью, — пишет Маркс. — Оно не отличает себя от своей жизнедеятельности. Оно есть эта жизнедеятельность. Человек же делает самое свою жизнедеятельность предметом своей воли и своего сознания».

Не аналогична ли оппозиция репродуктивного и творческого труда? Домашний труд женщины расценивается как ее «естественное» продолжение, как соты есть продолжение пчел. Вслушайтесь в мизогинические поговорки и найдете множество ярких штришков. «Женщина – друг человека» — это собственно и означает животное, собаку. Причем животное несвободное – прирученное, полезное, функциональное. Геббельсовские «половая и трудовая подруга» – ясные, отчетливые функции. Формула «предназначение женщины», столь востребованная сексистами, имплицирует сугубую функциональность подруги.

«Предназначение» — главная и безусловная сексистская максима.

А ведь предназначение имеется только у предметов, — у косилки, у стиральной машинки, у чайника. Или у домашних животных – дойной коровы или свиньи на убой. Приручение есть форма отчуждения от себя: имманентные качества животных – медоносность пчелы, обоняние собаки – поставлены на службу другому. Они — органические орудия труда.

Женщине искусственно приписаны «природные качества», — приписаны и закреплены в культурной матрице как якобы имманентные, вечно-присущие. Женщине искусственно приписаны качества органического орудия труда – фатальное отсутствие собственных интересов, забвение и отрицание индивидуального самосовершенствования, повиновение, немота.

 

Голос 2

Отчужденный труд и «природная работа» — зеркальные близнецы. Но отчужденный труд проблематизирует отношения собственности, обостряя и обнажая противоречия, а «природная работа» скрывает отношения собственности, маскируя противоречия и вводя человека в режим сугубо-частного существования.

Для Маркса человеком в собственном смысле являлся общественный человек, — который должен вернуться из «религии, семьи, государства к своему человеческому, то есть общественному бытию».

Капиталистический же человек это человек частный, не выходящий за границы эмпирического бытия, непосредственно воспринимаемого органами чувств. Это сугубо аполитический регистр сознания. Стандарт такого человека это женщина, животное аполитическое. Ее интересует только своё, личное, камерное.

 

 

Но не только личное это политическое, но и политическое это политическое.

Правильная женщина не должна интересоваться «большим миром», общественным бытием.  Она должна говорить только о «личном». Она может любить Путина или Назарбаева, но как патриарха, как главного мужчину, коему делегирована воля.

Сугубо-аполитическое сознание считается женским, хотя присуще рабочему большинству вне зависимости от пола.

 

Голос 1

Когда «природная работа» становится профессией, это всегда профессия женская: няни, сиделки, уборщицы, домработницы в обеспеченных семьях.

Грамматика по Геббельсу

Слова, имеющие форму только женского рода (не имеющие формы мужского рода):

Половая подруга: шлюха, муза, проститутка.
Трудовая подруга: судомойка, няня, швея, прачка, сиделка.

 

Голос 3

Почему прачки и сиделки всегда только женщины? Последует ответ – вновь предназначение. Женщине это свойственно – убирать грязь. Это просто не мужская работа. Мужчине стыдно, а женщине приятно.

Второй по популярности ответ – женский труд физически легок. Женщина от природы слаба, и мы гуманно возлагаем на ее плечи посильную ношу. Перебирать в конторе бумажки, скучать в вагончике на переезде, учить, лечить – легкий труд, практически безделье, протирание кресел.

Не надо лицемерить. Легок ли труд санитарки и сиделки? Эта работа, которую выполняют всегда и только женщины, тяжела не только психологически и эмоционально. Это работа по физической нагрузке сравнима с работой грузчика или путейщика (среди которых тоже большинство женщин).

 

 

Кстати, тяжела ли физически работа парламентария? В Парламенте моей страны женщин 10 процентов. В местных представительных органах – 20 процентов. 90 и 80 процентов мужчин перекладывают бумажки и просиживают кресла.

Есть и третий вариант ответа. «Репродуктивные» женские профессии это наименее оплачиваемые профессии. Санитарка получает чуть больше 200 долларов. Это женские профессии, потому что они низкооплачиваемые. Они низкооплачиваемые, потому что они женские. Круг замкнулся.

Система эксплуатации дорожит иерархиями. Эгалитарность слишком затратна, поэтому капитализм никогда не допустит экзистенциального равенства людей. Люди второго сорта – типа женщин и негров – нужны для того, чтобы меньше им платить.

 

Голос 2

Иерархо-семья хранит капиталистический орднунг. Семья – родная кровь, родная собственность, весь остальной мир – неродной и враждебный. Люди сбиваются в группки, чтобы конкурировать семьями.

Все остальные люди могут быть взаимо-волками, это нормально. Только родственники, даже если у них нет общих интересов, даже если они унижают друг друга, обязаны «любить», обмениваться визитами и дарами. В бесчеловечном мире тебя будто приговаривают к квази-человечности на крошечном клочке социального пространства.

 

 

Нагляднее всего связь капитализма и патриархата вскрыл один русский националист. Большая семья, — объяснял нацик, — нужна как страховка. Если ты потеряешь трудоспособность, родственники должны тебя содержать. Таким образом с государства снимается всякая ответственность на социальную защиту их граждан, и переносится на самих же граждан. Спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

 

Голос 1

Маргарет Тэтчер изрекла: «Нет никакого общества: есть мужчины, женщины и семьи».

Один мудрый среднеазиатский Президент озвучил мудрую среднеазиатскую мысль: стариков должны содержать их дети, а не государство, потому что это сыновний/дочерний долг. Переведем эту фразу с эзопова языка на понятный. Это означает: давайте отнимем у наемного плебса те деньги, которые прежде шли на пенсионное обеспечение ввиду солидарности поколений, и приплюсуем к прибылям собственников. А плебс  еще и сочтет этот грабеж священным.

 

 

Та же логика работает в случае домашнего труда. Неоплачиваемый труд по определению есть труд рабский. Бесплатная убирально-кухонная машинка нужна для нормального функционирования системы эксплуатации. В каждой семье есть такая машинка по обустройству жизни, машинка-обед-из-последней-картошки, машинка-перелатаю-перешью, машинка-считаю-откладываю. Женщина часто ведет бюджет – «всю зарплату отдаю жене» – эта машинка-из-последних-сил сделает существование наемного работника сносным, даже при самом нищенском заработке.

 

Голос 2

Нуклеарная семья – единственная ценность эпохи поздних олигархий. Другой идеологии просто нет. Бессемейный президент это нонсенс. Каждый кормит семью, как умеет. Президент нефтяной республики кормит свою семью – это так по-человечески понятно.

Семейный рабочий становится не угрозой для системы, а цементом системы. Он набирает кредиты и ждет – сначала ребенка, потом холодильник, потом второго ребенка, потом «Ауди» (иногда вместо второго ребенка сразу «Ауди»), потом ремонт, потом опять ремонт, потому что пол с подогревом, потом Бодрум, потом ремонт.

У нуклеарной семьи как ячейки не-общества три основные функции. Первая – социализировать, вписать в правильные рамки, обрубить потенции протеста. Вторая – вкладывать патриархальную матрицу в головы новому поколению. Патриархат воспроизводится как штамп, из семьи в семью, конвейерно, посредством программирования, именуемого воспитанием.

И третья – укрепить властную иерархическую вертикаль, продлевая ее вниз.

Муж приходит домой с работы, где он – ничто, червь, немая рабсила. Его приняли в политическую партию, даже не спросив его мнения. Он голосует на выборах под угрозой увольнения, уже забыв, что это унизительно. Он выходит на митинг в новой шуршащей униформе, которую после митинга забирают до следующего митинга, и произносит своим ртом чужие слова.

А приходит домой – здесь он господин, и здесь шуршат уже для него.

 

Голос 1

Геббельс сказал:

- Рождение и воспитание детей – задача всей ее жизни. Моя мать – женщина, к которой я питаю самое высокое уважение. А она так далека от умствований! Сегодня женщины говорят обо всем на свете, но не хотят рожать детей. Катастрофа!.. Мужчина – организатор жизни, женщина – его помощница и исполнительный орган!

Розенберг сказал:

- Судьей, солдатом, рулевым государства должен быть мужчина.

Общее собрание членов НСДАП сказало:

- Женщина никогда не может быть допущена в руководство партии и в руководящие комиссии.

Гитлер сказал:

- Баба в политике вызывает у меня отвращение. В 1924 г. мне встретились две такие – они хотели стать депутатами рейхстага! Невыносимо, смешно и жалко было слушать их рассуждения!

 

Голос 2

Мир держится на трещинах.

Устойчивость мира рыночных свобод обеспечена ложными противоречиями, раздирающими на части класс наемных работников и препятствующими их самосознанию.

Раса, национальность, сексуальная ориентация – тысячи ложных трещин, разрывов, разломов разобщают трудящихся. Половое различие – одно из них.

Патриархат постоянно подчеркивает гендерную пропасть – фатальное различие, бинар, дихотомия: «женщина и мужчина это разные вселенные».

Но, может быть, сходств больше, чем различий? Ведь женщина и мужчина это не «две половинки», не разные миры, не антагонистичные экзистенции, не манихейские противоположности. Никто из психологов, в сущности, не доказал принципиальную разницу женской и мужской психологий.

Мужчина и женщина это единый биологический вид, — человек.

 

Голос 1

И, наконец, о предназначении.

Человек свободен. У него нет никакого предназначения, а есть свободный выбор.

Существование предшествует сущности, — говорил Сартр. Это означает – человек сам выбирает свое предназначение,

 

Голос 3

чтобы следовать ему затем без страха и сожалений.